![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
9 сентября 1947 безвременно погиб в недрах Mark II Aiken Relay Calculator безымянный герой отряда чешуйчетокрылых, вызвав ошибку в работе энтого Calculator. Имя этому прискорбному действу по локализации и нахождению этого самого бага – дебаггинг, дала достославная Грейс Хоппер (Изящная Блоха по нашему, и это символично) человек и пароход! Поэтому сегодня свой профессиональный праздник отмечают тестировщики программного обеспечения. А так как у нас энтим делом пренебрегали, пренебрегают, и возможно пренебрегать будут, в 1983 году призошла вот такая история:
Вот так выглядит тот самыйсеверный олень сиречь баг :)
Первым хакером в истории СССР оказался простой программист Мурат Уртембаев, которому прочили блестящую карьеру математика в МГУ, но он отказался от научной стези, и по целевому распределению попал на АвтоВАЗ. Там его таланты никто не оценил, и он решил доказать, что чего-то да стоит.
В Управлении автоматической системой подачи механических узлов на конвейер, в котором работал Мурат, было две категории сотрудников: элита, то есть программисты, владевшие всеми тонкостями программного обеспечения (ПО), и рядовые схемотехники, занимавшиеся обслуживанием системы, которых «элита» и близко не подпускала к своим делам. Схема работы была следующей – программист, если считал нужным, вносил изменения в ПО, но не оставлял никаких данных или отметок о внесенных изменениях. Мурат смекнул, что можно без труда «хакнуть» систему, и никто его не спалит.
Уртембаев создал патч к основной программе-счетчику, которая отмеряла циклы подачи узлов на линию конвейера. Патч Мурата сбивал ритм счетчика. На конвейере, где заданная деталь должна быть поставлена в четко ограниченное время, сбой в автоматике даже на секунду будет фатальным для производственной линии, где все выверено и просчитано до мелочей.
Мурат решил сначала провести тестовые испытания. В те далекие времена изменения вносились еще на дискетах.
И вот Уртембаев подошел со своей роковой дискеткой к ЭВМ, и внес изменения в рабочую программу. Когда должен был наступить час X, то есть цикл подходил к концу, и в дело должен был вступить троянский конь Мурата, вводивший автоматику в состояние комы, Уртембаев быстренько все подкорректировал, и производственный апокалипсис на ВАЗе был отложен на некоторое время.
Главное же достижение тестовых испытаний – никто ничего не заметил. Отсутствие системы контроля, проще сказать – расп*здяйство, развязало Уртембаеву руки.
Может быть, первый хакерский взлом в истории СССР, так бы и не настал, если бы на заводе при работе с кадрами учитывали правду жизни, которую в легендарном «Бойцовском клубе» представили так: не стоит недооценивать или унижать официанта, потому что он может плюнуть или нассать вам в суп.
Уртембаеву не дали почетную грамоту. Обещали, но не дали. Мурат шутку не оценил, и решил пустить в ход собственную разработку, которая повергла самый крупный автозавод СССР в состояние хаоса и отчаяния.
Как известно, месть — блюдо, которое лучше подавать холодным. Мурат подстраховался, создав себе алиби, – запуск адского патча Уртемабев запрограммировал на день своего выхода из отпуска. Расчет был такой: я возвращаюсь из родных степей Казахстана, обнаруживаю сбой и совершаю настоящий производственный подвиг, спасая конвейер от неминуемой катастрофы. Почетные грамоты, слава, хвала и поездка в Туапсе прилагаются. Крутой план? Еще бы. Но вмешалось одно непредвиденно обстоятельство – программа запустилась на два дня раньше.
Никто ничего не понимал. Автоматика точно сошла с ума. Инженеры хватались за сердца – шоковая производственная терапия в течение трех дней на конвейере не прошла для них бесследно. Это была итальянская забастовка, только протестовали не сотрудники, а электро-вычислительная машина. Автоматика исправно подавала детали на конвейер, но не в то время и не те детали. Производственный цикл был сбит, и в механической и логической точности конвейера наступил настоящий хаос. Возможно, одно из первых восстаний машин против человека.
Бороться с ЧП были брошены лучшие специалисты. Они проверили оборудование, отдельные узлы, саму ЭВМ, но технически все было в порядке. Следов физического вмешательства не было найдено. В конце концов отыскали неисправный фрагмент кода. Запуск рабочей программы с другой дискеты ожидаемого результата не дал – сбои продолжались. Конвейер удалось запустить лишь через три смены.
Помимо общественного резонанса «дело Уртенбаева» имело и еще одно последствие – для «элитных» программистов АвтоВАЗа.
В ходе проверки выяснилось, что первый хакер СССР был первым пойманным, но отнюдь не первым, кто обнаружил окно в системе, и хакнул ее. В том же Управлении, в котором работал Уртембаев, «элита» регулярно создавала сбои на конвейере и оперативно их ликвидировала, выбивая у начальства за спасение конвейера в качестве награды дачи, квартиры, автомобили.
Первый хакер СССР был лишь зарвавшимся юнцом, который хотел добиться признания своего таланта, а матерые волки из числа элитных программистов нажили на этом состояние. Кстати, в группу, которая расследовала деятельность чудо-программистов, вошел и Уртембаев. Были найдены вредоносные фрагменты в программах наподобие того, что создал Мурат, но фактов их использования доказать не удалось.
Вскоре «матерые волки» под давлением общественного мнения покинули завод. Уртембавев же возместил причиненный ущерб и вернулся в родной Казахстан, где вроде бы занимается бизнесом. С началом 90-х преступления в сфере высоких технологий стали неотъемлемой частью нашей жизни. Но пальма первенства в этом нелегком деле навсегда принадлежит Мурату Уртембаеву, первому хакеру СССР.
Вот так выглядит тот самый
Первым хакером в истории СССР оказался простой программист Мурат Уртембаев, которому прочили блестящую карьеру математика в МГУ, но он отказался от научной стези, и по целевому распределению попал на АвтоВАЗ. Там его таланты никто не оценил, и он решил доказать, что чего-то да стоит.
В Управлении автоматической системой подачи механических узлов на конвейер, в котором работал Мурат, было две категории сотрудников: элита, то есть программисты, владевшие всеми тонкостями программного обеспечения (ПО), и рядовые схемотехники, занимавшиеся обслуживанием системы, которых «элита» и близко не подпускала к своим делам. Схема работы была следующей – программист, если считал нужным, вносил изменения в ПО, но не оставлял никаких данных или отметок о внесенных изменениях. Мурат смекнул, что можно без труда «хакнуть» систему, и никто его не спалит.
Уртембаев создал патч к основной программе-счетчику, которая отмеряла циклы подачи узлов на линию конвейера. Патч Мурата сбивал ритм счетчика. На конвейере, где заданная деталь должна быть поставлена в четко ограниченное время, сбой в автоматике даже на секунду будет фатальным для производственной линии, где все выверено и просчитано до мелочей.
Месть Уртембаева
Мурат решил сначала провести тестовые испытания. В те далекие времена изменения вносились еще на дискетах.
И вот Уртембаев подошел со своей роковой дискеткой к ЭВМ, и внес изменения в рабочую программу. Когда должен был наступить час X, то есть цикл подходил к концу, и в дело должен был вступить троянский конь Мурата, вводивший автоматику в состояние комы, Уртембаев быстренько все подкорректировал, и производственный апокалипсис на ВАЗе был отложен на некоторое время.
Главное же достижение тестовых испытаний – никто ничего не заметил. Отсутствие системы контроля, проще сказать – расп*здяйство, развязало Уртембаеву руки.
Может быть, первый хакерский взлом в истории СССР, так бы и не настал, если бы на заводе при работе с кадрами учитывали правду жизни, которую в легендарном «Бойцовском клубе» представили так: не стоит недооценивать или унижать официанта, потому что он может плюнуть или нассать вам в суп.
Уртембаеву не дали почетную грамоту. Обещали, но не дали. Мурат шутку не оценил, и решил пустить в ход собственную разработку, которая повергла самый крупный автозавод СССР в состояние хаоса и отчаяния.
Как известно, месть — блюдо, которое лучше подавать холодным. Мурат подстраховался, создав себе алиби, – запуск адского патча Уртемабев запрограммировал на день своего выхода из отпуска. Расчет был такой: я возвращаюсь из родных степей Казахстана, обнаруживаю сбой и совершаю настоящий производственный подвиг, спасая конвейер от неминуемой катастрофы. Почетные грамоты, слава, хвала и поездка в Туапсе прилагаются. Крутой план? Еще бы. Но вмешалось одно непредвиденно обстоятельство – программа запустилась на два дня раньше.
Восстание машин
Никто ничего не понимал. Автоматика точно сошла с ума. Инженеры хватались за сердца – шоковая производственная терапия в течение трех дней на конвейере не прошла для них бесследно. Это была итальянская забастовка, только протестовали не сотрудники, а электро-вычислительная машина. Автоматика исправно подавала детали на конвейер, но не в то время и не те детали. Производственный цикл был сбит, и в механической и логической точности конвейера наступил настоящий хаос. Возможно, одно из первых восстаний машин против человека.
Бороться с ЧП были брошены лучшие специалисты. Они проверили оборудование, отдельные узлы, саму ЭВМ, но технически все было в порядке. Следов физического вмешательства не было найдено. В конце концов отыскали неисправный фрагмент кода. Запуск рабочей программы с другой дискеты ожидаемого результата не дал – сбои продолжались. Конвейер удалось запустить лишь через три смены.
Из программистов в слесари
Помимо общественного резонанса «дело Уртенбаева» имело и еще одно последствие – для «элитных» программистов АвтоВАЗа.
В ходе проверки выяснилось, что первый хакер СССР был первым пойманным, но отнюдь не первым, кто обнаружил окно в системе, и хакнул ее. В том же Управлении, в котором работал Уртембаев, «элита» регулярно создавала сбои на конвейере и оперативно их ликвидировала, выбивая у начальства за спасение конвейера в качестве награды дачи, квартиры, автомобили.
Первый хакер СССР был лишь зарвавшимся юнцом, который хотел добиться признания своего таланта, а матерые волки из числа элитных программистов нажили на этом состояние. Кстати, в группу, которая расследовала деятельность чудо-программистов, вошел и Уртембаев. Были найдены вредоносные фрагменты в программах наподобие того, что создал Мурат, но фактов их использования доказать не удалось.
Вскоре «матерые волки» под давлением общественного мнения покинули завод. Уртембавев же возместил причиненный ущерб и вернулся в родной Казахстан, где вроде бы занимается бизнесом. С началом 90-х преступления в сфере высоких технологий стали неотъемлемой частью нашей жизни. Но пальма первенства в этом нелегком деле навсегда принадлежит Мурату Уртембаеву, первому хакеру СССР.
Источник: деловая газета Тольятти «Понедельник»
no subject
Вторая же история вызывает определенные вопросы.
Вроде бы это был 1983 год. Управлял АвтоВАЗом скорее всего какой-нибудь ЕС. И, спрашивается, какие могли быть у ЕС дискеты? :)
no subject
no subject
no subject
no subject
Я все равно сомневаюсь, что человека с дискетой допустили до RT процесса, ну да ладно.
А что там за операционка была - АСВТ?
ПЕРВЫЙ ХАКЕР СССР
no subject
no subject
no subject
no subject
Безымянного, но не бесцельного.
Тема - тайком сломать, а потом демонстративно героически чинить, до сих пор в тренде. Или думаете, перевелись руководители, которые размышляют в стиле "зачем мы ему платим, если он ничего не делает целый день"? Я свою первую работу потерял в 90х, потому что слишком многое автоматизировал, и услышал "Я за тобой уже месяц наблюдаю. Ты раз в день жмешь ctrl-E и все - и за это мы тебе 700 баксов платим". В конце концов каждый такой руководитель получает своего героя, который и в выходные выйдет, и целую ночь просидит - но все починит, доделает и настроит в последний момент. Ваш тем же путем хотел пойти, но не сумел. Вот и получается что он не самый первый, не самый умелый, да еще и своих коллег активно продал за смягчение приговора.
Я использую термин "продал" в контексте - если бы он был бы идейным комсомольским активистом, радеющим за общее дело, он бы "вывел на чистую воду". Но из текста явно - до отпуска он не видел ничего зазорного в таком действе, а потом вдруг моментально перековался.
no subject
Создать самим себе трудность, и потом её героически преодолеть это наша древняя традиция. И былинных героев былых времён обзывать хакерами не очень хорошо и правильно.
no subject
Но вообще вы правы, после выхода журнала "Хакер" с пошаговой инструкцией "как взломать аську одноклассника" или советами типа "как нужно одеваться, чтобы стать хакером" это слово и правда годится только на ругательство.